Черновицкая область в программах развития (часть 6)

Вадим Дятлов, кандидат философских наук
(мовою та в редакції оригіналу)

Разрыв между наукой и управлением

Рассмотрение существующих программ развития позволяет с достаточной степенью уверенности констатировать сложившийся и углубляющийся разрыв между наукой региона и практикой регионального управления.

Идейная, теоретическая и методологическая основа программ развития формируется преимущественно в недрах региональной системы управления, в частности, администрацией области. Наука, специалисты науки при этом отодвигаются на задний план. Научные силы области, конечно, не игнорируются полностью. Однако привлечение тех или иных специалистов от науки носит хаотичный, случайный характер, определяется либо настойчивостью и инициативой самих ученых, либо ситуативно.

Демонстрируемая через отдельные программы взаимосвязь науки и управления в значительной мере имеет не системный, а декоративный характер. Возникает искушение подмены фундаментальных обоснований программ результатами упрощенных исследований, проводимых подчас общественными организациями, а системности обоснования – эклектикой результатов таких частных и поверхностных исследований.

Наиболее характерная черта – отсутствие устойчивого механизма взаимодействия систем управления и региональной науки, разрывы в целостной цепи этого взаимодействия. В этой связи нужно отметить ограниченность возможностей метода SWOT-анализа для перспективного планирования, получившего широкое распространение. Он является достаточно простым и удобным в исполнении. Эта простота и связанная с нею дешевизна метода, что особенно важно для небольших малобюджетных социальных образований типа районов или малых городов, служит основной причиной его распространения.

Однако, если требуется высококачественная оценка ситуации, то он не в состоянии заменить фундаментальный анализ, опирающийся на динамические статистические ряды и экономические теории. Поэтому метод SWOT-анализа может и должен использоваться в качестве вспомогательного, а не основного метода. Основные недостатки этого метода – в его субъективности и эклектичности. Эти недостатки отчасти могут быть сняты через процедурное усложнение метода, но и в этом случае в значительной своей части они сохраняются.

Коммерциализация деятельности государственных учреждений

Отсутствие или разорванность механизмов нау­чного обеспечения практики регионального управления дополняется отсутствием необходимой информации. Примером этого является отсутствие полноценной информации о сфере отношений собственности в регионе. Между тем хорошо известно, что собственность является одним из фундаментальных факторов существования и развития общества.

В силу этой фундаментальности динамика и структура собственности во многом определяют все остальные экономические и социальные процессы.Благоприятная структура собственности и ее динамика будут способствовать развитию региона. Неблагоприятная конфигурация отношений собственности, затрудненность ее перетока из одних видов деятельности в другие будет сдерживать развитие территории.

Однако в настоящее время информация о реальном движении собственности и тенденциях ее развития является чрезвычайно скудной и потому не может использоваться для принятия эффективных управленческих решений. Но ни в одной региональной программе развития проблема собстве­нности, являясь фундаментальной проблемой регионального развития, не только не рассматривается, но даже не ставится.

В этом же проблемном ряду находится проблема доступности информации, от решения которой зависит скорость и качество осознания населением региона своих интересов и перспектив своего будущего, активность его участия в выработке оптимальных путей развития.

Однако, реальная и полная информация о ситуации в регионе, в том числе статистическая, необходимая для научного анализа сложившихся ситуаций и динамики их изменения, если не закрыта полностью, то существенно ограничена для регионального социума, для его научной элиты.

Одна из причин – коммерциализация деятельности государственных учреждений. При этом государство устанавливает на информацию столь высокие цены, что осилить их может далеко не каждая, тем более научная организация, не говоря об отдельных исследователях. Существуя на деньги налогоплательщиков, государство не обременяет себя необходимостью предоставления какого-либо законодательно определенного объема информации о ситуации в обществе для свободного доступа. Лишившись монополии на собственность, государство нашло возможность компенсировать ее монополией на информацию, в том числе и на социально важную информацию.

Государство – цепной пес для социума

В качестве такого компенсационного механизма, без сомнения, будет выступать и ускоренно реализуемая концепция услуговой деятельности государства и его различных учреждений. Если уже сейчас государство торгует информацией, особенно не афишируя эту деятельность, то по новой концепции предоставление информации, роль которой в жизни общества возрастает, с неизбежностью официально войдет в число платных услуг государства.

И нельзя предугадать, где государство остановится в своих коммерческих аппетитах. Такая коммерциализация государства, в каких бы формах она не происходила, в условиях слабого развития гражданского общества и потому мало контролируемого этим обществом, не может не настораживать.

Такое государство будет уже не «ночным сторожем», как определял его Дж. Локк, а цепным псом для социума.

Электронные средства информации институтов регионального управления также малоинформативны и имеют преимущественно аппликативный характер. В этих условиях региональная наука вместо того, чтобы заниматься решением сложных теоретических и методологических задач, вынуждена тратить значительную часть своего потенциала на преодоление технических барьеров, стоящих на пути получения необходимой информации.

По сути, между наукой и системой регионального управления стоит реальный информационный барьер, который, в силу того, что сбор и опубликование сведений о состоянии региона находятся в руках структур управления, взращивается прежде всего самой системой регионального управления.

Наличие такого барьера свидетельствует о заброшенности, если не об отсутствии в регионе глубокой и социально-ориентированной информационной политики. Вместо либерализации информационного пространства региона происходит его ускоренная этатизация, которая, если обратиться к истории, свою наиболее завершенную форму получила, в частности, в идеологии и практике тоталитаризма.

Именно в силу этого малоэффективною является проводимая в последнее время практика экспертирования разработанных программ. Такая экспертиза, мониторинговое значение которой также не совсем ясно, является лишь одним, – и не главным, – из элементов научного сопровождения управления.

Сам сделал – сам проверил

Органы регионального управления, выступая главным разработчиком программ, наделяют себя и правом реального контроля за выполнением этих программ. Общественное сознание региона, в том числе через свои об­щественные организации, лишенное необходимой информации, может судить о выполнении программ лишь по внешним, косвенным признакам, тоесть неточно или нередко ошибочно.

На уровне депутатского корпуса региона понимание программ, конечно, является более полным, чем на уровне общественных организаций или средств массовой информации. Но и этот корпус в силу своей природы, функций и возможностей также не может с достаточной полнотой и глубиной судить как о самих программах, так и об их выполнении.

В этой ситуации и сами программы и их выполнение становятся внутренним делом аппаратов органов уп­равления. Безусловно, на ключевых позициях системы регионального управления находятся квалифицированные специалисты с большим опытом управления и широким социальным кругозором, для которых управление – сфера приложения их профессиональных интересов, знаний и умений. Разрабатывая программы развития они, вне всякого сомнения, вкладывают в эти разработки свои знания и умения, свое понимание ситуации, свои теоретические и методологические знания. Однако проблемы теории и методологии не являются сферой их целевой деятельности, они, – за редчайшими исключениями, – не являются профессионалами в этой сфере.

Поэтому и научные основания, закладываемые в региональные программы развития, пусть даже и подкрепленные ситуативным участием отдельных специалистов науки, не имеют достаточного профессионального обоснования, а сами программы, не имея единой теоретической и методологической платформы, «разбегаются» в стороны по своим целевым ориентирам, конкурируют между собой за ресурсы и приоритетность, затуманивают общую перспективу развития региона как целого.

Этот аспект проблемы регионального управления не связан, конечно, только с самой системой регионального управления. В значительной мере он вытекает из общего состояния системы государственного управления, указывает на то, что система власти в стране все еще находиться в стадии становления, движения к более эффективному состоянию, указывает на необходимость продолжения в ней системных реформ. Но эта зависимость регионального от общенационального не снимает необходимости совершенствования региональной системы управления.

В сложившейся ситуации обособленности социума, науки и системы регионального управления совсем не случайным является отсутствие каких-либо целостных и полных оценок со стороны региональных органов власти о степени выполнения принятых программ, степени приближения к целевым ориентирам развития, отсутствие в свободном доступе системных сведений и данных, позволяющих произвести такую оценку.

Процесс автономизации и десоциализации социума

Разрыв одного и другого означает автономизацию науки от практики, регионального управления от науки, а также и их обособление от других сфер и институтов социального. В более общем плане этот разрыв является отражением общего процесса автономизации и десоциализации социума.

Неизбежное в этом случае «окукливание» региональных структур и институтов в самодостаточность порождает их расхождение в понимании реальности. Отсюда латентный, но время от времени прорывающийся конфликт между целями этих частных институтов и потребностями самого регионального социума как целостности (в формах миграции, эмиграции, коррупции, преступности, нигилизма, задолженностей платы за коммунальные услуги и др.).

Наиболее же общими способами разконфликтования, как известно, являються: обострение и развертывание конфликта в социальное движение, направленное на изменение сложившейся ситуации; социальное подчинение, с неизбежным уходом в социальную депрессию; и избегание – через исход в другие, более благоприятные палестины.

По отношению к области непосредственное столкновение социальных сил как способ разрешения зреющего или назревшего конфликта вряд ли возможно в силу разных причин.

Население области в своем историческом прошлом, за исключением некоторых и достаточно спорно представляемых случаев, не имеет существенных традиций прямого конфликта.

Сознание населения дезориентировано и аморфно и не имеет центров кристаллизации самоосознания себя как целого, а потому и способного действовать как целое по обеспечению своего осознаваемого будущего.

Ментальность населения, в основе которой лежат базовые ценности, выработанные столетиями, скорее конформична, чем толерантна, и скорее индивидулистична, чем коллективистична.

Память о недавнем и неудавшемся историческом прошлом, с его возведенной в принцип сплошной коллективизацией, также является фактором сдерживания социальных или социально-политических конфликтов.

В силу этого, а также потому, что социальная ситуация не носит всеобщекритического характера и имеет, хотя и слабую, но позитивную тенденцию развития, основными способами реакции на неудовлетворительную ситуацию выступают эмиграция, в том числе и в ее трудовой форме, и социальная апатия в своих различных формах и проявлениях.

Хроническая депрессия региона

Территория в условиях дезавуированного сознания и калейдоскопичности целевых ориентаций как самого регионального социума, так и системы регионального управления оказывается в зоне стагнационных рисков и рисков кризиса.

Депрессия с переходом в глубокую хроническую депрессию – закономерный итог длительного пребывания социума региона в неопределенности своего движения в будущее. Социальными признаками такой депрессии могут выступать обезлюживание территории и ухудшение социального качества населения (депрофессионализация и деквалификация, нравственное огрубление, патернализация и конформизация и др.).

При сохраняющейся аномизации региона и социума трудно ожидать реального наполнения жизни населения достойными социальными благами. При сложившейся ситуации качество его жизни скорее всего будет сохраняться на уровне нижеобщереспубликанских, возможности саморазвития и самореализации человека будут минимизироваться, а в условиях приграничности региона существующий комплекс этнических и межгосударственных проблем может приобрести перманентно-конфликтный характер с тенденцией к обострению как внутри региона, так и в международных отношениях Украины.

В последние год-два в области наметились позитивные тенденции развития, которые связаны преимущественно с кадровыми изменениями в системе регионального управления. В контексте изложенного эти тенденции можно определить как тенденции модернизации или рецессию. С процедурой проведения экспертизы промышленной безопасности проектной документации можна ознакомится тут.
Однако такие же тенденции проявились в области и в краткий период 1998-1999 гг., когда Украина впервые обрела позитивную динамику развития.

Но можно ли ожидать, что в условиях сохранения нынешнего структурного строения и продуктовой специализации территории, то есть качественно не изменившейся платформы экономического существования области, в условиях концептуального хаоса, слабого внимания со стороны государства, независимости во многом системы регионального управления и его кадрового наполнения от социума региона, – эти позитивные тенденции приобретут устойчивый характер?

1 response on Черновицкая область в программах развития (часть 6)

  1. Нарешті знайшов те , що мені треба.
    Уже 3:00 шукаю жах та інтернеті майже скрізь одна вода важко зараз знайти сайт, де з нормальною інфою .

Залишити відповідь

Ваша e-mail адреса не оприлюднюватиметься. Обов’язкові поля позначені *